Вход в личный кабинет        RU  EN
Российская государственная библиотека для молодежи

+7 499 922-66-77

Часы работы Как записаться Виртуальный тур Карта сайта

Всероссийский молодёжный конкурс остросюжетных литературных и рисованных историй «Орден Тота»

О конкурсе    Жюри    Положение    Участники    Шорт-лист    Победители

Александр БОГДАНОВ (Москва)

Таких не берут в космонавты

Экипаж Международной Космической Станции готовился к подключению нового модуля. Стыковка проходила в автоматическом режиме, однако командир миссии, пятидесятилетний канадец Дональд Волофф, был готов принять ручное управление в любой момент.

К счастью, этого делать не пришлось. Стягивание модуля и станции, соединение гидроразъёмов, сцепка замков — всё прошло в штатном режиме. Дональд проверил герметичность стыка и открыл люк.

Шлюзовая камера наполнилась непередаваемым запахом книг.

— Ого! Ну прямо настоящая библиотека! — воскликнул россиянин Олег Титовский и вплыл в модуль, чтобы немедля распаковать контейнеры.

Это был самый невозможный, самый фантастический модуль на станции. Модуль библиотеки.

Когда первого апреля две тысячи семнадцатого года по новостным лентам пробежала статья о подготовке библиотечного модуля, все поняли, что это всего лишь шутка. Однако кто-то отнёсся к этой шутке слишком серьёзно. Начались сборы подписей, переговоры с правительствами и командными центрами, было даже создано общественное движение «Читаем в космосе».

И вот — прошёл год, и шутка претворилась в жизнь.

— Дон, ты какие книги любишь? — раздался из глубин библиотеки голос Олега.

Дональд, передававший в НАСА отчёт об успешной стыковке, задумался.

— Сложно сказать... Я больше техническую литературу читаю. А так — классика, конечно. Диккенс, Твен, Конан Дойл...

Олег рассмеялся.

— Ну, у нас своя классика! Достоевский, Толстой, Тургенев — слыхал о таких? Вот, теперь сможешь почитать. Надеюсь, они тут не только на русском языке... О, а вот и шкаф с переводами! Так, а тут что у нас?..

Внезапно голос россиянина оборвался. Дональд с тревогой повернул голову.

— Что там у тебя?

Олег закричал изнутри нового модуля:

— Дональд, Кито! Сюда, быстро! Тут человек... Аптечку, физраствор! Пульс есть, но он очень плох...

Через минуту они уже осторожно втаскивали в жилой модуль мужчину лет тридцати на вид. Тот был одет в самую обычную земную одежду, так не похожую на спецовки космонавтов или тем более скафандры: джинсы и клетчатая рубашка с коротким рукавом.

Олег осторожно прощупывал его тело на предмет переломов, японец Кито делал укол физраствором, Дональд приготовил УЗИ-аппарат, чтобы проверить внутренние органы. Вскоре был составлен предварительный диагноз: с органами всё в порядке, зато сломана правая лучевая кость.

— Легко отделался, — хмыкнул Олег. — В контейнере, без фиксации, без компенсационного костюма... Хорошо хоть на спину лёг, догадался, а то бы точно не собрали...

Никаких документов при странном пассажире не оказалось. Кито остался закреплять нежданного гостя в спальном мешке, а Дональд с Олегом отправились докладывать на Землю о постороннем на борту.

Новость произвела эффект взорвавшейся бомбы. Оказалось, что ни в ЦУПе, ни в НАСА не были в курсе такого неожиданного груза. Срочно отдавались команды, делались звонки: земляне пытались выяснить, как так вышло, что содержимое модуля не проверили надлежащим образом, кто виноват и что делать.

На фоне общей суматохи директор ЦУПа Родион Петрович Рыжих выпытывал у Олега:

— Вы выяснили, кто это такой, откуда взялся? Как он вообще попал на космодром, в обход всей защиты?

— Родион Петрович, но мне-то откуда знать, как попал и кто такой? Я рассказываю, как есть. Он лежал внутри одного из контейнеров для книг. Без ремней, без скафандра. Просто в контейнере. Допросить его самого возможности не было — он до сих пор без сознания.

— Какие меры безопасности приняты?

Олег вздохнул.

— Мы оказали ему первую помощь, шину наложили и оставили спать. Человеку плохо, он испытал такие перегрузки без должной фиксации! Я вообще удивляюсь, как он выжил. Вот очнётся — и выясним, кто такой.

Директор вытер пот со лба и отдышался.

— Олег, а если это шпион? А если камикадзе, взрывчаткой обвешанный? Ты хоть понимаешь, что вся миссия висит на волоске? А вы его спать отправили! Олежа, ты через год седьмой десяток разменяешь, а ведёшь себя как маленький. Почему не действуешь по инструкции?

— Да потому что не предусмотрено это никакой инструкцией! — возмутился Олег. — Не может на борту МКС быть постороннего человека! Вот вы на Земле и разбирайтесь, как так вышло.

Родион Петрович лишь пожевал губами и тихо продолжил:

— Инструкция всегда есть. Надо только найти подходящую. Если космонавт станет непригоден по здоровью, его немедленно эвакуируют. Случившееся под эту инструкцию как раз подходит. Через три часа к вам стартует «Союз». Так, подожди...

Директор ЦУПа отошёл от камеры, и до Олега несколько минут доносились обрывки фраз: «Никак нет», «Так точно» и «Слушаюсь». Через минуту Родион Петрович вернулся с изменившимся лицом. Он процедил:

— Эвакуация отменяется. Продолжайте миссию по графику. Этого зайца заберут через месяц вместе с Кито. Но не спускай глаз с него!

— А как же инструкция? — удивился Олег.

Показав пальцем наверх, директор ответил:

— Мнение некоторых уважаемых людей важнее любых инструкций.

Так на МКС появился четвёртый житель.

Уже через несколько часов он очнулся, и экипаж столпился возле спального мешка, нарушая режим дня. Жилой модуль вдруг стал очень тесен — вчетвером они едва помещались. Гость заговорил на английском:

— Друзья... Времени мало... Я должен приступить к своим... Обязанностям...

Олег, Дональд и Кито поняли брови.

— Какие ещё обязанности? Ты вообще кто такой? — спросил россиянин.

— Как какие? Я — библиотекарь. Зовут меня Вадим.

Космонавты удивлялись всё сильнее. Дональд усмехнулся:

— Ну дела. Вот уж не думал, что к нашей библиотеке ещё и библиотекарь прилагается! Да и никто не думал, судя по реакции на Земле.

Вадим посмотрел на него как на прокажённого.

— А где вы видели библиотеку без библиотекаря, а?

И точно, нигде не видели.

— Ты нам зубы не заговаривай, — снова встрял Олег. — Как ты попал в модуль? О чём ты думал вообще? А если разгерметизация? А если бы ты в неправильной позе нагрузку принял — слепой бы на всю жизнь остался!

Библиотекарь скривился.

— Слушайте, братцы... Ну вы же подписывали всякие... документы о неразглашении? Я ведь не прошу вас раскрывать гостайны! Так что извините, как я попал сюда — не скажу. Но так ли это важно? И вообще, проводите меня к месту работы, хватит уже болтать!

— Да какая работа? На тебе же места живого нет, — вмешался Кито. — Отдыхай, набирайся сил. Через два часа — тренировка. Нагрузки на руку избегай — она у тебя сломана. Но тренировка есть тренировка! Ты хоть знаешь, как невесомость влияет на организм?

Вадим посмотрел на японца, как на несмышлёного младенца.

— Разумеется. Я же библиотекарь.

 

Увидев космические тренажёры — для силовых тренировок, велотренажёр и беговую дорожку с тросами, имитирующими земное притяжение — Вадим просто расцвёл. Он летал вокруг них и восклицал: «Ух!», «Ну ничего себе!» и «Вот он какой на самом деле!»

Наконец, космонавты вернули его к реальности и заставили пройти весь курс упражнений вместе с ними.

Во время ужина библиотекарь по-детски радовался процессу приготовления супов из сухих смесей. Изумлялся пузырьку с солевым раствором, заменявшим на МКС солонку — обычная соль разлетелась бы по всей кухне. Восхищался тому, что всё приклеено на липкую ленту к кухонному столу — тюбик с горчицей, пакет с хлебом, банки с консервами и даже пара яблок.

А уж когда ему показали, как чистят зубы в космосе, его восторгу не было предела.

Поначалу космонавты косо смотрели на нового члена экипажа — и сухой Кито, и суровый Дональд, и даже добродушный Олег. Но глядя на непосредственность и искренность Вадима, они не могли скрыть своей улыбки.

Перед сном он объяснял новым товарищам:

— Понимаете, друзья, для вас это всё обыденно. Вы даже перед полётом испробовали всё это в многомесячных тренировках. А для меня всё такое новое! Конечно, я читал про это всё! Я же библиотекарь. Но увидеть это воочию, потрогать — совсем другое.

А на следующий день всё повторялось снова.

Но, несмотря на все свои чудаковатости, Вадим оказался невероятным кладезем знаний из самых разных областей. С ним можно было в равной степени анализировать поэзию Серебряного века, рассуждать о ядерной физике, полемизировать о новейших методах геологоразведки или обсуждать тонкости кулинарии коренных народов Крайнего Севера. На удивлённые вопросы экипажа он отвечал:

— Ну я же библиотекарь!

Как будто это всё объясняло. Однажды Кито так и сказал ему:

— Послушай, Вадим, ты так говоришь, словно библиотекарь обязан прочитать все книги, которыми он заведует.

Глаза Вадима округлились и он испуганно произнёс:

— А разве может быть иначе?

Космонавты не знали, смеяться или плакать этой уверенности. Поэтому просто махнули рукой.

Когда основной экипаж занимался научными экспериментами и обслуживанием станции, Вадим уединялся в библиотеке — перечитывал книги, составлял карточки, сортировал, раз за разом проверял состояние книг. Иногда, когда заняться было нечем, он часами наблюдал за Землёй из модуля «Купол», который смотрел своими семью иллюминаторами на планету.

Именно там нашёл его Дональд через несколько дней после визита.

— Вадим, я пришёл познакомиться с русской классикой. Что посоветуешь?

Глаза библиотекаря загорелись, он схватил канадца под локоть и вместе они поплыли к библиотечному модулю.

Оказавшись внутри, Вадим гостеприимно обвёл здоровой левой рукой свои владения: комнату размером около десяти квадратных метров, стены которой были обставлены шкафами с книгами. Ближе ко входу был закреплён стол, на нём — приклеенные липкой летной письменные принадлежности.

— Чувствуй себя как дома, мой друг! Никогда не поздно начать! Хочешь понять загадочную русскую душу? Вот, возьми это для начала.

Он ловко подплыл к стеллажу с переводами русской классики, выудил с полки томик «Горя от ума» и потряс им перед Дональдом. Однако когда тот протянул руку, Вадим спрятал книгу за спину.

— Эй, подожди. Надо оформить. Вот тебе читательский билет, я для каждого из вас сделал. Сейчас заполню карточку и отдам.

Дональд присвистнул.

— Слушай, никогда не понимал всей этой вашей русской бюрократии. Ну ладно на Земле. Но тут-то зачем такие премудрости? Нас здесь четверо. Ты боишься, что я не верну книгу? Или потеряю её?

Вадим перестал улыбаться и тихо произнёс:

— Потому что во всём должен быть порядок. И тем более в библиотеке.

Он протянул Дональду книгу, но тот не сдавался:

— И это говорит человек, который «зайцем» попал на космическую станцию!

Библиотекарь развёл руками:

— Ну извини уж, по-другому никак было. Думаешь, мы не пробовали официально всё оформить?

— Кто мы? — насторожился космонавт.

— Неважно, неважно, — опомнился библиотекарь. — Приятного чтения!

Дональд пожал плечами и уплыл проникаться Грибоедовым.

 

Через некоторое время Вадим стал интересоваться работой своих соседей. В такие моменты он доставал то одного, то другого космонавта своими неуместными советами по проводимым экспериментам. Олега это веселило, Дональд оставался равнодушным, а вот Кито такое участие понемногу раздражало.

Однажды Вадим застал японца за поливом сладкого перца, который выращивался прямо на станции. Библиотекарь пожирал глазами установку, в которой за прозрачным стеклом в свете красных и синих ламп подрастали саженцы — настоящие дети космоса. Внезапно он сделал замечание и японец не выдержал. Кито повернулся, снял очки и строго ответил:

— Послушай, друг Вадим. Ты отличный и интересный парень. Но, скажи, разве ты биолог по образованию? Почему ты считаешь, что мы поливаем перец неправильно? Дозировку и периодичность разработали лучшие земные специалисты. И вдруг ты ставишь под сомнение их авторитет!

Однако Вадим не растерялся:

— Кито, я не биолог. Я библиотекарь. Но ты проверь, если не веришь. Раздели саженцы на две части, и одну поливай по вашей официальной методике, а одну — по-моему. Уже через три дня увидишь разницу.

— Да ты хоть понимаешь, сколько денег и человеко-часов было потрачено на этот эксперимент? Этот перец стоит намного дороже золота. И вдруг вот так, ни с того ни с сего, подвергнуть риску половину проекта?

— Ну, как знаешь. Моё дело предложить.

И уплыл восвояси. А Кито незаметно полил один кустик так, как сказал Вадим. И через три дня японец рапортовал на Землю о повышении скорости роста растений на пять процентов. После этого к советам Вадима стали прислушиваться более внимательно. То он придумает, как удобнее изучать потоки быстрых нейтронов, то предложит оригинальный способ выращивания кристаллов.

Космонавты недоумевали:

— Вадим, откуда ты всё это знаешь?

— Ну я же би...

— Да знаем мы твою отговорку! Но так и что с того? Разве от того, что ты прочитаешь, ты сможешь применить все эти знания?

— Конечно, нет. Сколько бы я ни прочитал про каратэ, никогда мне не стать великим мастером. Для этого нужны долгие тренировки, сила, выносливость. Но теорию-то я могу выучить! Из ваших экспериментов я, наверное, на одного самостоятельно не повторю. Но подсказать-то могу.

И подсказывал. Даже самая рутинная работа на МКС стала интересной и увлекательной.

Один раз библиотекарь даже рвался в открытый космос в подмогу работавшему там Дональду — и это несмотря на ещё не зажившую руку. Насилу отговорили. Как ни странно, подействовал аргумент, что без Вадима на станции за книгами некому следить, а в отрытом космосе их нет.

На Земле творилась феерия: о замечательном библиотекаре не писали только самые ленивые СМИ и блоги. Одни люди восхищались им, другие завидовали; нашлись даже ненавистники. А вот на сеансах связи с Землёй он не появлялся. ЦУП и НАСА упорно делали вид, словно его вообще нет, и все улучшения библиотекаря в официальных пресс-релизах приписывались основному экипажу.

Разве что личного врача для ежедневных консультаций ему всё-таки выделили.

Наконец подошёл к концу отведённый месяц. Дональд, Олег и Кито с грустью отзывались о необходимом прощании с Вадимом. Передавали контакты, договаривались не терять связь. Кито, миссия которого заканчивалась, приободрял библиотекаря — мол, вместе полетим домой! Но тот лишь хитро улыбался в ответ.

И, когда три космонавта занимались стыковкой и встречали новый экипаж, «заяц» исчез.

Обыскав все жилые и научные модули, они обнаружили, что библиотека заперта изнутри.

— Вот и кто так спроектировал этот модуль, чтобы в нём можно было запереться? — досадовал Олег.

Стучали, кричали через стену, звали по внутренней связи — никакой реакции. После недолгого совещания с центрами управления было принято решение отправить «Союз» только с Кито.

И только после отстыковки Вадим высунул нос наружу как ни в чём не бывало и увидел новых космонавтов.

— Ой, а вы стучали? Я и не заметил! Зачитался, наверное. Кстати, я два новых читательских билета сделал. Заходите, милости просим!

Ситуация повторилась через месяц, когда Дональд отправился на Землю. Вадим как бы случайно запирался в библиотеке всякий раз, когда происходило обновление персонала станции.

Но к этому уже привыкли. Библиотекарь стал неотъемлемой частью МКС, одним из её символов.

Наконец, с очередным кораблём прибыл космический турист, поляк Лех Войтович.

В отличие от основного экипажа, турист научными экспериментами не занимался, поэтому у него была масса свободного времени. И всё свободное время он старался провести в библиотеке.

Поначалу Вадим радовался этому: космонавты нечасто навещали его обитель, а тут постоянный читатель! Но с каждым днём его радость сходила на нет. Однажды он пожаловался Олегу как своему самому старому знакомому на станции:

— Слушай, Олег, не нравится мне этот поляк. Вот что он всё время в библиотеке ошивается? Как будто дома не мог начитаться! Тут же столько всего интересного! А он...

— Даже не верю, что слышу это от тебя! Разве ты не рад читателям?

— Да рад, конечно. Вот только он не читатель. Берёт книгу, она полежит у него пару дней, и он за новой приходит. И, главное, приходит, спрашивает про книги, а глазки бегают по модулю. Словно выискивает он что-то...

— А что, есть что выискивать? — заговорщическим голосом шепнул Олег.

Вадим вздрогнул, но быстро замотал головой.

— Нет, нет, что ты... Разве что знания...

 

От очередного совета по химическим опытам Вадима отвлёк странный шум со стороны библиотеки. Он стремглав, насколько это позволяла невесомость, бросился туда сквозь узкие коридоры станции. Через мгновения по МКС разнёсся его вопль:

— Чёрт! Он заперся изнутри! Я как знал, что с ним неладно!

На крик поспешил Олег.

— Что кричишь? Домой попасть не можешь?

Вид у Вадима был, словно он узнал о конце света.

— Всё пропало... Не усмотрел... Как теперь попасть внутрь?

Олег усмехнулся.

— Ну, это мы в два счёта!

Он приблизился к люку, сделал пару ловких движений, и тот с щелчком раскрылся.

Ошеломлённым Вадиму и Олегу предстала картина разрушения: Лех вынимал из шкафов книгу за книгой, открывал, перелистывал и бросал в сторону. Книги хаотично плавали по всему модулю. Внутри некоторых книг часть страниц была вырезана, и на их месте хранился цветной кристалл. Лех хватал кристалл и с силой бросал об стену, чтобы он разбился вдребезги. Однако получалось из рук вон плохо — от своих взмахов он сам отлетал в сторону и надолго терял ориентацию в пространстве. Пока он успел уничтожить только два или три кристалла. Их осколки цветным калейдоскопом кружились между книг.

— Держи гада! — закричал Вадим и бросился к кристаллу жёлтого цвета.

Когда Олег поймал поляка, библиотекарь подплыл к ним и что было силы ударил Леха жёлтым кристаллом в темечко с криком: «Тишина должна быть в библиотеке!» Тот сразу обмяк.

Олег был ошарашен. Наконец он выдавил, бросившись проверять пульс поляка:

— Что это было, Вадик? Не хватало нам ещё убийств на станции... К счастью, живой.

Библиотекарь замялся. В этот момент к ним заглянул американец Альфред. Он удивлённо посмотрел на лежащего Леха и медленно перевёл взгляд на Вадима с оружием пролетариата в руках. Олег продолжил:

— Так, Вадим, сейчас ты нам расскажешь всё. Кто ты, зачем ты тут, что происходит. Больше никаких секретов!

Вадим вздохнул — деваться было некуда.

— Хорошо. Ребята, но знайте — эта информация не для ваших ушей. Лучше бы вам её не знать. Поклянитесь мне именем Тота, что умрёте, но не расскажете об этом кому-то не из этого круга.

— Именем кого? — хором спросили россиянин и американец.

— Именем Тота. Бог-покровитель библиотек. Поклянитесь, я серьёзно вас прошу.

Космонавты переглянулись, пожали плечами, но всё-таки поклялись. Вадим снова вздохнул — на этот раз с облегчением.

— Ну, слушайте. Я — один из хранителей. Хранителей чего — не так важно. Чем меньше вы знаете, тем лучше, поверьте. Но это очень важно для всего человечества.

Альфред возмутился:

— Вадим, брат, что за ерунда? Мы же поклялись! Мы же договорились — никаких секретов! Ты хочешь доверия с нашей стороны? Так и сам доверься нам. Ты человека чуть не погубил — а мы тут слушаем тебя, а не связываем. Так-то давай без «бла-бла».

Вадим задумался.

— Хорошо, — наконец промолвил он. — Мы храним кристаллы знаний. Один из кристаллов в этой комнате — кристалл знаний. Ну и ещё жёлтый важен, — он показал кристалл, который по-прежнему сжимал в кулаке. — Остальные — просто стекляшки, для отвода глаз.

За Леха не переживайте. Удар жёлтым кристаллом не убивает, а только стирает часть памяти. Он очнётся и не будет помнить последние пять минут жизни.

Так вот, про кристалл знаний. Какие именно знания хранит здешний кристалл, я не знаю. Но таких кристаллов много, и вместе они хранят всё, что создало и придумало человечество за свою историю — изобретения, наука, искусство. Каждый кристалл хранится в какой-то библиотеке. Это может быть маленькая сельская библиотека, а может быть и какая-нибудь центральная государственная. Кристаллы нужны, чтобы защитить человечество в трудный момент. Это как бы точка сохранения, которая даёт шанс начать всё заново.

Альфред и Олег слушали, раскрыв рты.

— Наш Орден занимается сохранением этих кристаллов. У нас много врагов — фанатиков, которые зачем-то хотят лишить человечества шанса. Так вот, когда мы услышали шутку о библиотеке в космосе, то подумали: а почему нет? Здесь, как нам казалось, достаточно безопасно. Поэтому мы повлияли, где надо, и спонсировали создание этого модуля.

Почему я не полетел официально? Потому что нет у нас таких библиотекарей, которых формально допустили бы до полёта. Таких не берут в космонавты. Да и не было у нас несколько лет на подготовку своего космонавта. Так что только хитростью. Но кому надо, был поставлен в известность. Все эти «звонки от уважаемых людей» — наших рук дело.

Альфред хмыкнул:

— То есть директор НАСА не относится к тем, «кому надо»?

Вадим улыбнулся в ответ:

— Я тебе больше скажу: даже американский президент к ним не относится. Но это не так важно. Важно то, что наши враги есть везде. Даже тут достали. Затем я здесь и нужен — охранять кристаллы.

— Я вот не могу понять, — вмешался Олег. — Если кристаллы так важны, почему их не хранить в каких-нибудь более надёжных местах? Библиотеки — это же мишень! Прямо красная надпись: «Искать здесь!»

— Увы, кристаллы нельзя надолго выносить за пределы библиотеки. Говорят, это ограничение ввёл лично Тот. Спасает только то, что кристаллов меньше, чем библиотек. Они есть не везде. Поэтому надо сделать так, чтобы Лех поверил, что здесь ничего нет, и мне нужна ваша помощь.

— Что надо сделать? — отчеканил американец.

— Он очнётся и будет помнить, как раскидывал книги. А вот как мы его поймали — уже нет. Поэтому давайте поставим его так, как он стоял до удара. Пусть он и дальше будет их раскидывать, я потом подлатаю. А все кристаллы я отдам кому-то из вас, и пусть он встанет за спиной поляка. Лех ни за что не догадается.

Альфред просиял:

— Для любого американца это честь — спасти человечество!

 

Когда за Лехом прибыл очередной «Союз», Вадим подошёл к Олегу.

— Слушай, как же теперь быть? Мне позарез надо остаться. А запереться в библиотеке я уже не могу.

Олег засмеялся.

— Скажу по секрету: ты мог запереться только в первый раз. Сразу после этого я немножко подправил схему замка, чтобы его в любой момент можно было открыть снаружи. Я же инженер по образованию.

Вадим уставился на космонавта:

— Вот как... Так почему же ты меня не сдал?

Олег прищурился.

— Да потому что, Вадимка, в этом мире есть что-то поважнее инструкций. Ты напомнил мне меня же лет тридцать назад, молодого и настойчивого. Меня ведь сначала не взяли в отряд космонавтов. Сказали: не годен и всё тут! Но я пробивался. Сдавал заново нормативы. Тренировался. Подтягивал здоровье. И вот я здесь, уже третий раз. Твоя настойчивость меня впечатлила. Не каждый решится без страховки подняться в космос. Это многого стоит, поверь. Я сразу понял: раз ты здесь — значит, так надо. И плевал я на инструкции, если они против тебя.

— Спасибо, Олег. Но что теперь?

— А теперь — марш в библиотеку и запрись там!

Улыбка растянулась на лице библиотекаря, и он не заставил себя долго ждать.

Лех тем временем вошёл в «Союз», который готовился к отстыковке, и подсел к иллюминатору. Поляк достал спутниковый телефон и начал набирать сообщение: «Миссия завершена. Проверил все книги, пока библиотекарь выходил. Кристаллов не обнаружил. В самый последний момент за спиной оказался этот американец, но он не успел помешать».

С чувством выполненного долга он нажал на кнопку «отправить», и его слова полетели радиоволнами на геостационарную орбиту, чтобы вернуться оттуда на Землю к начальникам поляка. Через пару минут пришёл ответ: «Отлично. Космическую миссию закрываем. Говорят, тотовцы готовятся открыть библиотеку на вершине Эвереста. Будь готов!»

Лех несколько раз перечитал сообщение, не веря своим глазам.

Потом он тяжело вздохнул и закрыл глаза.


 

Вверх

Мы в социальных сетях
Подписаться на рассылку
107061 Москва, ул. Б. Черкизовская, дом 4, корпус 1
Телефон для справок: +7 499 922-66-77
Факс: +7 499 161-01-01
E-mail: info@rgub.ru
Оценка услуг
Филиал библиотеки — МИКЦ «Особняк В.Д. Носова»
107023 Москва, ул. Электрозаводская, 12, стр. 1
Телефон для справок: +7 495 964-01-01
E-mail: mansion@rgub.ru
Яндекс.Метрика  
© Федеральное государственное бюджетное учреждение культуры «Российская государственная библиотека для молодёжи», 2004—17