Вход в личный кабинет        RU  EN
RSS события Facebook VK Instagram Twitter Youtube Подписаться на ежемесячную рассылку по электронной почте
Российская государственная библиотека для молодежи

+7 499 922-66-77

Часы работы Как записаться Виртуальный тур Карта сайта

Книжные подборки

Властелин полуфантастического мира

Иван Сергеевич Тургенев — совершенно особая по значимости фигура для всей русской и мировой культуры, писатель, которому удалось не только попасть в самое сердце своей эпохи, но и сохранить актуальность в наши дни. Сегодня нам хотелось бы напомнить читателям о разнообразии его творческого наследия и обратить внимание на ту составляющую тургеневского творчества, без знакомства с которой невозможно представить себе истинный «портрет» всем, казалось бы, знакомого писателя — к «таинственной» прозе.

 

Дмитрий Сергеевич Мережковский в своей знаменитой статье 1892 года «О причинах упадка и о новых течениях современной русской литературы», ставшей настоящим манифестом наступающего символизма в искусстве, называл Тургенева не иначе как «…властелин полуфантастического, ему одному доступного мира <…> великий русский художник-импрессионист». Наряду с талантом писателя-реалиста, тонко чувствующего действительность и отзывающегося на острые вопросы времени, Мережковский отмечает тягу Тургенева к фантастическому и его поэтическое дарование, инстинктивные попытки найти новую форму в эпоху грубого реализма. Именно в таком сочетании и раскрылся в полной мере творческий гений Ивана Сергеевича, по мнению одной из ярчайших фигур Серебряного века.

Что же объединяет тексты, именуемые «таинственными повестями»? — Мотивы сна, смерти, подчинения воли и, конечно, любви, а также тончайшая черта, проведённая между рационально постижимым и необъяснимым.


Призраки. Фантазия

Миг один… и нет волшебной сказки —
И душа опять полна возможным…

Именно эти строки Афанасия Фета послужили эпиграфом к одному из самых загадочных текстов Ивана Сергеевича, где яркие картины стремительно сменяют друг друга, невероятное становится возможным, а ощущение таинственного не покидает читателя до последних строк.

Повествование в «Призраках» ведётся от первого лица, а сам рассказчик, с которым происходят необъяснимые события, — человек второй половины 1850-х — начала 1860-х годов. И именно из реального исторического времени, из своей усадьбы (в произведении воссоздано родовое имение Тургенева Спасское-Лутовиново), из привычной обстановки он отправляется в ночные путешествия по разным странам и эпохам в сопровождении загадочной спутницы Эллис. То ли призрака, то ли вампира… Любопытно, что и сегодня, посетив Спасское, можно увидеть тот самый старинный дуб, где по ночам героя ждала его странная знакомая.

Сегодня мы можем сказать, что эта фантазия является ярким открытием всего корпуса «таинственных» повестей Тургенева. И хотя рассказ «Фауст» вышел в свет в 1856 году, замысел «Призраков» начал формироваться ещё в 1855-ом. Опубликован же текст был гораздо позже в журнале братьев Достоевский «Эпоха» в 1864 году.

Отдельного внимания заслуживает вопрос об авторском определении жанра. Известный литературовед и музыковед Абрам Гозенпуд, анализируя слагаемые художественного мира «Призраков», отмечал: «Тургенев назвал “Призраки” “фантазией” не только для того, чтобы оправдать таинственный колорит произведения и загадочный образ Эллис и, быть может, оградить повесть от нападок. Термин “фантазия”, возможно, указывал и на связь с музыкой, в которой широкое распространение получил этот жанр (Бах, Моцарт, Бетховен, Шопен, Шуберт, Шуман), дававший композитору большую свободу смены образов и вариационного развития».

Достоевский проницательно заметил: «“Призраки” похожи на музыку. Это действительно одно из наиболее музыкальных произведений Тургенева как по структуре, так и по тому значению, какое в нем занимают слуховые образы…»


Собака

«…Но если допустить возможность сверхъестественного, возможность его вмешательства в действительную жизнь, то позвольте спросить, какую роль после этого должен играть здравый рассудок?»

Этим вопросом открывается повествование и им же оно заканчивается. Ибо история, случившаяся с героем рассказа Порфирием Капитонычем, не находит никакого объяснения у её слушателей: она столь же органична, сколь и загадочна. Как быть, если каждую ночь под вашей кроватью скребётся и возится…собака, которой у вас никогда не было? В современной Тургеневу критике рассказ вызвал самые разноречивые отклики крупных мастеров слова. От хвалебных до разгромных, но интерес к тексту был проявлен, в конечном счёте, немалый.

Особого внимания заслуживает язык, которым передан этот «случай из жизни». С.Н. Сергеев-Ценский в своей беседе с М. Горьким замечал: «Я передал этот рассказ довольно подробно, так как за свою жизнь перечитывал его раза три, и он нравился мне неизменно <...> Почему нравится? <...> Главным образом потому, конечно, что мастерство рассказчика доходит тут до предела... Читателю преподносится явная небылица, но с таким искусством, так реально выписаны все частности, такие всюду яркие, непосредственно из жизни выхваченные штрихи, что трудно не поверить автору <...> По этой же причине очень люблю я, начиная с детских лет, и гоголевского „Вия”».

А.П. Чехов в письме к А.С. Суворину рекомендовал: «Очень хороша „Собака”: тут язык удивительный. Прочтите, пожалуйста, если забыли».

Мы со своей стороны советуем и вам познакомиться с небольшой историей, к созданию которой Тургенев подошёл с большим энтузиазмом. Автор сообщал Полине Виардо: «Целый день я не двинулся с места и лег вчера или вернее сегодня утром в 4 часа. Я написал нечто вроде маленькой новеллы под названием „Собака”, закончу ее сегодня. Это был истинный азарт: кажется, я просидел за своим письменным столом более 12 часов».


Странная история. Рассказ

Дабы развеять скуку гостя (рассказчика) слуга местной новенькой гостиницы губернского города Т..., где последний остановился по делам, Ардалион предлагает постояльцу странное развлечение: «Не желаете ли мертвых видеть?» И с этого момента потихоньку начинается знакомство читателя с загадочным мещанином-сиротой Василием (то ли магнетизёром, а то ли юродивым), которого «опекает» довольно бойкая и далеко не простая старушка Мастридия Карповна, и с главной героиней странной истории — с девушкой «не от земли сея» Софи. Её неординарно сложившаяся судьба и станет сквозной линией рассказа.

В этом произведении читатель найдёт то, что характерно для всех «таинственных повестей» Тургенева — возможность самому дать оценку происходящему: посмотрев на события рассказа с рассудочной точки зрения или же с позиции иррациональной.

Так, первая встреча повествователя с неким Василием, человеком «из простых мещан», который «даже безграмотный, а дела совершает чудные» хотя и производит на него неизгладимое впечатление, однако убеждения, что представшая перед ним местная знаменитость есть никто иной, как юродивый, человек Богом отмеченный и особую силу чудесную имеющий, не внушает вовсе. А вместе с ним и читатель, обозревающий всю историю глазами повествователя, воспринимает происходящие «странности» или же «чудеса» критически, с рационалистических позиций рассказчика, рассуждающего о природе явления магнетизма, иначе говоря, о гипнотических способностях Василия и его умении воздействовать на психику людей.

«Таинственные» произведения писателя явились в том числе своеобразным откликом на единовременное развитие естественнонаучной мысли и на поветрие спиритизма. Они связаны с жизнью и настроениями современного ему общества, с научным и псевдонаучным бумом периода 1860—1870-х годов.


Сон. Рассказ

Самая абстрактная история Ивана Сергеевича: никаких имён, никаких точных временных и географических координат, в которых заключено основное действие. Только фигуры: мать, сын (от лица которого ведётся повествование), отец, таинственный барон и эпизодические лица. При этом все персонажи остаются предельно живыми и выразительными.

В этом рассказе Тургенева смело размывается грань между явью и сновидениями. Отсутствие фактической конкретики наряду с выпуклостью образов усиливают эффект фантасмагории и переходных состояний героев.

Какую «физиологическую загадку», по выражению самого писателя, он пытается решить в «Сне»? — Вопрос о «голосе крови», о роли инстинктов и наследственности в жизни человека, о влиянии каждого из нас друг на друга. Кроме того, писатель всерьёз погружается в изучение феномена сна — и делает это не только художественно ярко, но и психологически точно.


Песнь торжествующей любви

Это тонкое и филигранно стилизованное повествование Тургенева наполнено итальянским колоритом и восточной экзотикой, соединяет в себе быт Феррары 1542—1547 гг., особую атмосферу эпохи Возрождения и загадочность языческих культур. Сам автор как бы «дистанцируется» от рассказываемого, убеждая читателя в том, что он только лишь передаёт содержание некоего найденного им документа, попавшейся ему в руки: «Вот что я вычитал в одной старинной итальянской рукописи…»

Сюжет, казалось бы, прост и незамысловат: любовный треугольник, борьба за даму сердца… Однако развитие его — нетривиально. Всё повествование наполнено настоящей поэзией, сила искусства играет в тексте далеко не последнюю, если не сказать ведущую роль, пробуждая в героях дремлющие страсти, отражая их настроения и малейшие переживания. «Песнь торжествующей любви» — орнаментальное полотно, яркое, сочное, где встречается Восток и Запад, чувственное начало и рациональное.

Современная писателю критика, несмотря на необычность и даже спорность содержания, признавала за повестью статус литературного шедевра с точки зрения прежде всего эстетической, указывала на несомненное изящество слога и мастерство писателя.

Что касается содержания, мы согласимся с критиком Арсением Введенским, усмотревшим в «Песни торжествующей любви» «психологическое, а не социальное или поэтическое произведение». Он утверждал, что тургеневская повесть актуальна, «но не в злободневном, а в общечеловеческом смысле».


Клара Милич (После смерти)

Последняя повесть Тургеневская, появившаяся в ноябрьском номере журнала «Вестник Европы» за 1883 год, ставит целый ряд вопросов. Существуют ли границы для любви? А если граница между влюблёнными — не что иное, как граница между жизнью и смертью?

Интересно, что материалом для художественной переработки, или, по выражению Тургенева, «только толчком к написанию <…> повести» послужила реальная история — трагическая судьба Евлалии Павловны Кадминой – талантливой певицы, окончившей Московскую консерваторию и успешно выступавшей в оперных спектаклях Большого и Мариинского театров, а также на сценах Харькова, Киева, Одессы. Позже артистка обратилась к искусству драматического театра. В Харькове в 1881 году Кадмина лишила себя жизни, отравившись во время спектакля по пьесе А. Н. Островского «Василиса Мелентьева», где она исполняла главную роль. Известие о её самоубийстве быстро разлетелось в широких кругах. А некто Владимир Дмитриевич Аленицын испытывал влюблённость по отношению к умершей певице, вероятно, обретшую навязчивые формы. Этот громкий случай и лёг в основу повести, получив творческое переосмысление, а Кадмина стала прототипом главной героини — Клары.

Если говорить о текстовых особенностях, хочется отметить «вставной» элемент — тургеневское стихотворение в прозе «Встреча (Сон)» (1878), полностью вкраплённое в текст «Клары Милич». Автор изменил лишь повествование от первого лица на третьеличное, переплавив своё произведение в самостоятельный эпизод — сон Якова Аратова.

 

А также
8.11.2018
Мы в социальных сетях
Подписаться на рассылку
107061 Москва, ул. Б. Черкизовская, дом 4, корпус 1
Телефон для справок: +7 499 922-66-77
Факс: +7 499 161-01-01
E-mail: info@rgub.ru
Филиал библиотеки — МИКК «Особняк В.Д. Носова»
107023 Москва, ул. Электрозаводская, 12, стр. 1
Телефоны для справок: +7 495 964-01-01, +7 499 369-55-53
E-mail: mansion@rgub.ru
Яндекс.Метрика  
© Федеральное государственное бюджетное учреждение культуры «Российская государственная библиотека для молодёжи», 2004—18